Глава II. Акита — Голос воды

Едва первый лист занял своё место в шкатулке, на свитке появились новые иероглифы:

秋田 — Акита

Ниже проступила строка: «Ищите там, где желание вечной молодости стало легендой. И помните: вода показывает многое, но не всему, что она показывает, можно верить».

— Очень обнадёживающее начало, — заметил Сёго.

Хироки задумался.

— В Аките есть озеро Тадзава. По легенде девушка Тацуко пожелала вечной красоты и обрела бессмертие, но превратилась в дракона.

Сёго посмотрел на шкатулку.

— Мы ищем эликсир бессмертия у озера, где бессмертие уже однажды плохо закончилось?

— Похоже на чувство юмора Старого Мастера, — сказала Момидзи.

Волк тихо фыркнул.

— Видишь? Даже он согласен, — обрадовался Сёго.

---

Озеро Тадзава оказалось почти нереально синим.

Осенние горы отражались в неподвижной воде, красные клёны спускались к самому берегу, а вдали, словно проведённая кистью, стояла тонкая линия тумана.

У небольших красных тории Кагэ вдруг остановился. Из-за деревьев донёсся тихий звук струны. Потом ещё один.

На камне у воды сидела женщина в светлом кимоно. На коленях лежала бива, а рядом, свернувшись кольцом, грелась маленькая белая змея.

— Вас уже ждут, — сказала женщина.

— Кто? — удивился Сёго.

— Тацуко. Несколько сотен лет.

Хироки усмехнулся.

Женщина провела пальцами по струнам.

— Она была прекрасна и хотела остаться такой навсегда. Боги исполнили её мечту. Тацуко обрела вечную жизнь, но потеряла человеческий облик и стала драконом озера.

Момидзи посмотрела на воду.

— Значит, бессмертие может быть наказанием?

— Любое желание становится опасным, если человек не понимает, чего на самом деле просит.

Сёго наклонился к Хироки.

— У этих богов вообще бывают простые ответы?

Женщина услышала.

— Бывают. Но простые ответы люди обычно забывают к ужину.

Она снова коснулась бивы.

Где-то далеко под водой вспыхнул красный свет.

Второй лист.

— Он там? — Момидзи шагнула к берегу.

— Он там, где ты его увидишь. Но это не одно и то же.

Кагэ насторожился. Момидзи сняла обувь.

— Я пойду. Сейчас моя очередь.

---

Вода была ледяной, но красное сияние манило всё дальше.

Момидзи протянула руку. И дно исчезло.

Она ушла под воду, но вместо холодной темноты ступила на каменную дорогу.

Над ней больше не было поверхности озера. Вокруг стояла синяя ночь, а через бесконечную воду уходили ряды красных тории. Между ними плавали золотые огни, похожие на фонари.

Где-то впереди прозвучала бива.

— Хироки? Сёго?

Никто не ответил. Вдали вспыхнул красный лист. Момидзи побежала к нему.

После первых тории дорога разделилась на три пути. В конце каждой тропы сиял всё тот же лист.

Из тёмной воды рядом медленно открылся огромный золотой глаз. Момидзи застыла.

За воротами проплыло длинное тело дракона. Прозвучали три ноты бивы. Одна из дорог исчезла.

Момидзи выбрала путь, откуда, как ей казалось, пришла мелодия. Тории понеслись навстречу.

И внезапно она оказалась в саду НИЯМА. Горели знакомые фонари. Старый Мастер сидел у каменного стола. Хироки и Сёго были рядом, Кагэ дремал возле ступеней.

Всё было спокойно. Слишком спокойно.

— Ты нашла лист, — сказал Хироки. — Возвращайся.

После холода Тадзавы, тёмной воды и дракона мысль просто остаться здесь казалась почти невыносимо прекрасной.

Момидзи сделала шаг. И услышала биву. Тихо. Совсем с другой стороны. Она посмотрела на сад.

Красные листья висели неподвижно. Ни один не шевелился от ветра. Слишком идеально.

— Нет, — тихо сказала Момидзи.

Она закрыла глаза и пошла на звук. За спиной её звали Хироки и Сёго. На этот раз она не обернулась.

Её ладонь коснулась того, что казалось каменной стеной. И прошла сквозь неё. Мир рассыпался тысячами серебряных капель.

---

Теперь вокруг была только синяя вода. Перед Момидзи парили семь красных листьев. А за ними медленно приближался дракон. Он раскрыл пасть и рванулся вперёд.

— О, боги, теперь ещё и это.

Момидзи снова услышала биву. Очень тихо. Она закрыла глаза. Дракон приближался. Вода дрожала от его движения.

Но теперь она слушала не рёв. Мелодию. Один лист молчал. Второй тоже. Третий… Едва слышный звон струны.

Момидзи протянула руку. Красный лист лёг в её ладонь. В тот же миг дракон остановился прямо перед ней. Она открыла глаза. Огромный золотой глаз смотрел спокойно. Дракон коснулся носом листа, развернулся и растворился в синей глубине.

За спиной раздался женский голос:

— Наконец ты перестала верить только тому, что видишь.

Женщина с бивой стояла прямо на воде. Момидзи посмотрела на неё.

— Бэндзайтэн?

Женщина улыбнулась. На воде вспыхнули золотые знаки: 弁財天 - Бэндзайтэн — одна из Ситифукудзин, покровительница музыки, знаний и искусств. Она ударила по струнам. Мир вспыхнул белым светом.

---

— Момидзи!

Она вынырнула возле самого берега. Хироки вошёл в воду и помог ей выбраться. Кагэ ткнулся носом ей в ладонь, а Сёго присел рядом.

— Тебя не было почти десять минут!

Момидзи тяжело дышала.

— Для меня прошло гораздо больше.

— Ты нашла его?

Она раскрыла ладонь.

Красный лист.

— Нашла.

Сёго облегчённо улыбнулся.

— Хорошо. А то я уже собирался превращаться в лист и идти за тобой. Момидзи посмотрела на него.

— Там мне хватило одного Сёго.

— Что?

— Потом расскажу.

У тории снова зазвучала бива.

— Вода умеет быть кагами — зеркалом, — сказала Бэндзайтэн. — Но зеркало показывает лишь отражение. Иногда истину нужно услышать.

Момидзи положила второй лист в шкатулку. Два углубления вспыхнули золотом. На камне осталась только маленькая белая змея. Она скользнула между листьями и исчезла. По идеально спокойной поверхности Тадзавы прошла огромная волна. В глубине на мгновение показался длинный тёмный силуэт.

— Тацуко? — прошептал Сёго.

Момидзи закрыла шкатулку.

— Не знаю. И предлагаю не выяснять.

— Наконец-то мудрое решение, — сказал Хироки.

Свиток потеплел. На нём проступили новые знаки: 東京 — Токио.